В более узком смысле Книга Велеса (Велесова книга) раскрывает перед нами все богатство верований славян до крещения Руси. Она является полноправным членом в ряду таких монументальных писаний, как Эд-да, Веды и Библия. История Книги Велеса весьма запутанна: она проделала долгий путь через всевозможные частные коллекции и закрытые архивы, она игнорировалась или становилась объектом кропотливого исследования, бережно хранилась или продавалась за границу, и мы знаем ее лишь по копиям, о точности которых мало кто может судить. До сих пор точки зрения о Книге Ве-леса значительно разнятся. Идут споры о ее подлинности, авторстве и историчности, и практически любой аргумент вызывает десятки контраргументов с противоположной стороны. Автор поддерживает идеи и исследования таких ученых, как Валерий Демин, Евгений Лазарев, Сергей Парамонов, Николай Слатин, Вячеслав Чу-динов.

В результате многолетнего изучения Книги Велеса Н. Слатину стало ясно, что это сборник, составленный из текстов, написанных в самое разное время и разными людьми, возможно отстоящими друг от друга на тысячи и десятки тысяч километров и сотни и тысячи лет. Это — не сборник гимнов и жертвенных и заклинатель-ных формул, как Веды или Авеста; это — не жития каких-либо святых или героев; это — не хроника или летопись. В этом сборнике есть почти все это, но понемногу. Это не княжеская книга (как «Слово о полку Игореве»), а книга для народа. Сборник этот составлялся не с хронологической целью (это не летопись); он проникнут идеей наставительности, воспитания, — всякий раз на основе примеров из древности. И это-то и является одной из причин, почему тексты Книги Велеса местами фрагментарны и иногда мало связаны между собой сюжетно, но все они связаны содержащимся в них Духом, и его можно почувствовать, если вчитаться в эти тексты непредвзято. Дух этот — патриотизм, любовь к Руси.

В текстах Книги Велеса Н. Слатиным прослеживается (в общих чертах) наличие употребления не менее трех вариантов языка (или диалектов). Условно их можно пока назвать: венедский (ляшско-чешский), характеризующийся наличием «рж»/«ж» на месте современного русского мягкого «р» и отчетливым употреблением носовых гласных, а также некоторой лексикой, сохранившейся в словарном запасе нынешних так называемых западнославянских языков; древний русский, с нерегулярным употреблением носовых гласных и переходом их в соответствующие звуки русского языка позднейшего периода и сохранением мягкого «р»; а также еще более древний вариант языка, до, если так можно выразиться, венедско-русского разделения (этот вариант можно назвать пока славянским). Вероятно, позднее окажется возможным выделить и еще более древний вариант, на что указывает употребление лексики, общей с санскритом.