После войны Грабовски, наряду с А. Хаусхофером, внес вклад в переосмысление многих положений геополитики и возвращение ее в академические рамки. В своей книге «Пространство, государство и история» («Raum, Staat und Geschichte», 1961), имеющей програм­мный подзаголовок «Основы геополитики», он пытается доказать, что введение социального аспекта преобразует геополитику в фун­даментальную науку. Мысль об использовании социального аспекта не была нова, мы находим ее у Челлена, который вместе с терми­ном «геополитика» ввел в научный оборот и термин «демополитика», не получивший, однако, широкого распространения в даль­нейшем.

В своем исследовании Грабовски исходит прежде всего из того, что современная геополитика, в отличие от нацистской, является «методом исторического познания»⁹⁶. Причем в совокупность путей познания истории входят, по его мнению, «как идеи, так и эконо­мика; как пространство, так и климат и народ; как историческое разделение, так и правовая система...»⁹⁷. Однако в качестве главно­го объекта геополитического исследования Грабовски выделяет из этого определения «пространство», социологический анализ кото­рого включает в себя все компоненты данного метода. С «простран­ственной» точки зрения должны рассматриваться государственное устройство, его внутренняя и внешняя политика, этнография, че­ловеческая психология, сознание и т.д. Такой широкий круг «про­странственных» вопросов дает геополитике, по мнению Грабовски, право объявить пространство «рычагом исторического происходя­щего, которому следует определить место в изучении как истори­ческих, так и политических основ, благодаря ему оно принадлежит к области философии»⁹⁸.

Книга Грабовски «Пространство, государство и история» харак­терна для послевоенной немецкой геополитики не только в смысле нового содержания, но также и выбора объекта исследования, ме­тода научного анализа и, конечно же, своей конечной целью — реабилитацией геополитики. Грабовски, признавая, что Хаусхофер создал «науку, оправдывающую любую экспансию», отмечал: «Хо­рошо, что, в конце концов, естественная смерть повлекла за собой прекращение следствия по его делу»⁹⁹. По понятным причинам Гра­бовски отрицает непосредственное, а не только идеологическое уча­стие К. Хаусхофера в нацистских преступлениях. В то же время он объявлял К. Хаусхофера «дилетантом», «неспособным связать гео­политику с всемирной историей и мировой политикой»¹⁰⁰.

Итак, Грабовски считает, что геополитическая наука является методом исторического познания¹⁰¹, который представляет собой многомерный процесс, включающий исследования как «мира идей, так и экономики; как пространства, так и климата и народа; как общественного устройства, так и правовой системы»¹⁰². Но, остава­ясь верным своим прежним воззрениям, Грабовски сохраняет в ка­честве главного объекта геополитического исследования «простран­ство». Именно пространство является, по его мнению, той отправ­ной точкой, от которой начинается научный анализ государствен­ного устройства, внутренней политики, этнографии, а также чело­веческого сознания и психологии. Совокупность этих факторов оп­ределяет принятие как внутри-, так и внешнеполитических реше­ний. Эта многомерность исследования, которую позволяет достичь всесторонний анализ пространства, дает геополитике право объяв­лять последнее тем «рычагом исторически происходящего, которо­му следует определить место в изучении как исторических, так и политических основ. Вследствие того, что пространство обладает такими уникальными свойствами, его изучение может быть отнесе­но к области философии истории» — таков вывод Грабовски¹⁰³.