На политическом уровне это означало признание ведущей роли России в стратегическом смысле. Маккиндер писал: «Россия зани­мает в целом мире столь же центральную стратегически позицию, как Германия в отношении Европы. Она может осуществлять напа­дения во все стороны и подвергаться им со всех сторон, кроме севе­ра. Полное развитие ее железнодорожных возможностей — дело вре­мени».

Маккиндер делит всю геополитическую историю мира на три этапа:

1) Доколумбова эпоха, В ней народы, принадлежащие периферии Мирового Острова, например римляне, живут под постоянной угрозой завоевания со стороны сил «сердцевинной земли». Для римлян это были германцы, гунны, аланы, парфяне и т.д. Для средневековой ойкумены — Золотая Орда.

2) Колумбова эпоха. В этот период представители «внутреннего полумесяца» (береговых зон) отправляются на завоевание неизвест­ных территорий планеты, не встречая нигде серьезного сопротивле­ния.

3) Постколумбова эпоха. Незавоеванных земель больше не существу­ет. Динамические пульсации цивилизаций обречены на столкновение, увлекая народы земли во вселенскую гражданскую войну.

То, что Хаусхофер и его единомышленники называли «геогра­фической обусловленностью отношений между государствами и народами», Маккиндер именовал «географической инерцией». По утверждению Маккиндера, исходным пунктом в судьбе народов и государств является географическое положение занимаемых ими территорий; это географическое положение является «извечным», не зависящим от воли народов или правительств, и влияние его по мере исторического развития становится все более и более значи­тельным («gathers momentum», что означает «набирает инерцию»). Сопротивляться «требованиям», которые обусловлены географичес­ким положением, бесполезно; более того, в практической деятель­ности политик и в научной области географ и историк обязаны исходить из требований географического положения; основной те­мой географа является «заполнение географического пространства или среды», то есть колонизация; основной темой историка — про­цесс борьбы в связи с обусловленной географическим положением колонизацией.

Связь между историей и географией нужна Маккиндеру только для того, чтобы доказывать «неправомерность» возникновения та­ких государственных образований или общественных формаций, которые, по его словам, противоречат требованиям «географичес­кой инерции».

В процессе формирования современного мира, согласно теории Маккиндера, вначале выделяется Центральная Азия (как осевая область истории), из которой в свое время монголы распространили свое влияние на азиатскую и европейскую историю благодаря пре­имуществу в подвижности их конников. Однако со времен Великих географических открытий баланс сил значительно изменился в сто­рону приокеанических стран, в основном Великобритании. Тем не менее в 1904 г. Маккиндер считал, что Колумбова эра подходит к концу, что новая транспортная технология, в частности железные дороги, изменит баланс геополитических сил снова в пользу сухо­путных государств. Границы хартленда определялись им зоной, не доступной морской державе. Хартленд был очерчен «внутренним полумесяцем» на материковой Европе и Азии, «внешним полумеся­цем» островов и континентов за пределами Евразии. При этом Мак­киндер приводит исторические примеры непобедимости хартленда: морские корабли не могут вторгнуться в эту зону, а попытки окра­инных стран всегда заканчивались неудачами (например, шведско­го короля Карла XII, Наполеона).