«Мировое правительство», которое могло бы появиться на осно­ве теории конвергенции, мыслилось как допущение Москвы до ат­лантического управления планетой совместно с Вашингтоном. В этом случае начиналась эпоха всеобщего мира, холодная война заканчи­валась, народы сбрасывали тяжесть геополитического напряжения.

Здесь важно провести параллель с переходом технологических систем от талассократии к эфирократии: мондиалистские политики начинали смотреть на планету не глазами обитателей западного кон­тинента, окруженного морем (как традиционные атлантисты), но глазами «астронавтов на космической орбите». В таком случае их взгля­ду представал действительно единый мир.

После распада СССР и победы Запада, атлантизма мондиалис­тские проекты должны были либо отмереть, либо изменить свою логику. Новой версией мондиализма в постсоветскую эпоху стала доктрина Фрэнсиса Фукуямы, опубликовавшего в начале 90-х про­граммную статью — «Конец истории». Ее можно рассматривать как идейную базу неомондиализма. Фукуяма предлагает следующую вер­сию исторического процесса. Человечество от темной эпохи «зако­на силы», «мракобесия» и «нерационального менеджирования со­циальной реальности» двигалось к наиболее разумному строю, воп­лотившемуся в капитализме, современной западной цивилизации, рыночной экономике и либерально-демократической идеологии. История и ее развитие длились только за счет нерациональных фак­торов, которые мало-помалу уступали место законам разума, об­щего денежного эквивалента всех ценностей и т.д. Падение СССР знаменует собой падение последнего бастиона иррационализма. С этим связано окончание истории и начало особого планетарного существования, которое будет проходить под знаком рынка и де­мократии, которые объединят мир в слаженную рационально функ­ционирующую машину. Такой новый порядок, хотя и основанный на универсализации чисто атлантической системы, выходит за рам­ки атлантизма, и все регионы мира начинают переорганизовываться по новой модели, вокруг его наиболее экономически развитых центров.

Полицентрическая геополитика

Уже в 60-х гг. среди исследователей наметился сдвиг от двухпо­люсной (океанически-континентальной) к полицентристской трак­товке современного мирового сообщества. Новая расстановка сил на мировой арене привела к возникновению геополитических схем «полицентрического» мира²⁷. «Двухполюсный советско-американ­ский мир, — писала в конце 1971 г. «Вашингтон пост», — в том виде, как он возник после второй мировой войны, в основном ушел в прошлое. Сейчас стало модным говорить о пятиполюсном мире: США, СССР, Китай, Западная Европа (теперь, когда Анг­лия вступает в Общий рынок) и Япония»²⁸. Применяя системный метод, профессор политических наук Флоридского университета Дж. Спэннер в книге «Игры, которые ведут государства. Анализ международной политики» выделяет в послевоенном мире два ос­новных этапа, определяемых соотношением сил на мировой аре­не: 1947—1962 гг. — как «двухполюсный», когда все государства группируются вокруг СССР и США; с 1962 г. — «многополюсный мир», где коалиции определяются не так четко²⁹.